Немного сумбурная подборка материалов по
региональным валютным системам и мыслей на тему золотого стандарта. Получилось увесисто, потому - если муторно читать, можно
сразу к итогам.
Не будем томить читателя и перейдем к изложению концепции Сильвио Гезелля. В основе теории Freigeld лежит представление о том, что хорошие деньги должны быть «инструментом обмена и больше ничем». По мнению Гезелля, традиционные формы денег предельно неэффективны, так как «исчезают из обращения всякий раз, как возникает повышенная в них потребность, и затапливают рынок в моменты, когда их количество и без того избыточно». Подобные формы денег «могут служить лишь инструментом мошенничества и ростовщичества и не должны признаваться годными к употреблению, сколь бы привлекательными ни казались их физические качества». Сильвио Гезелль писал эти слова в эпоху, когда золотой стандарт еще являлся общепринятым условием эмиссии бумажных денег. Последовавший отказ от всякого обеспечения лишил деньги и их последней — физической — привлекательности.
Если бы Гезелль остановился на критике несовершенства денежных систем, его имя давно бы растворилось в песке истории. Тем более что критический анализ Гезелля и рядом не стоит с монументальной вивисекцией, проделанной Карлом Марксом над капитализмом. Гениальность Гезелля в другом: в выводах и — главное! — практических рекомендациях. У Маркса «зло» — в прибавочной стоимости, а восстановление справедливости предполагает изъятие этой стоимости у одного класса в пользу другого. У Гезелля «зло» — в кредитной природе денег, а восстановление справедливости предполагает ликвидацию этой кредитной природы. Только вдумайтесь в отличие: вместо насилия над людьми — насилие над абстракцией!
Современные деньги, призванные по определению облегчать обмен обычных товаров, обладают, в отличие от этих самых товаров, уникальной способностью: они умеют преумножать самое себя без усилий со стороны их владельца. Крестьянин, доставивший на рынок фрукты, уязвим перед фактором времени: если быстро не реализовать товар, он либо упадет в цене, либо испортится. Деньги в кармане покупателя лишены подобных недостатков. К тому же деньги можно хранить не в кармане, а в банке, где они будут расти. И яблоки, и помидоры, и персональный компьютер, и автомобиль со временем гниют, киснут, амортизируются и обесцениваются, а деньги сохраняют преимущества непортящегося товара.
Деньги в современной их форме превратились в идеальный товар, что и обуславливает их незаинтересованность в обслуживании рынка традиционных товаров и услуг, откуда они изымаются для самоудовлетворения — будь то в форме срочных депозитов, ценных бумаг, облигаций, опционов, фьючерсов, воррантов, свопов и сонма производных.
Можно предположить, что отличие свободных денег от традиционных в том, что на них не начисляются проценты. Куда там! Сильвио Гезелль выдвинул революционную для нового времени идею: недостаточно лишить деньги способности приносить прибыль за счет процентов, их необходимо обложить процентами! Иными словами, за пользование деньгами должна взиматься плата: «Только деньги, которые устаревают, подобно газетам, гниют, как картофель, ржавеют, как железо, и улетучиваются, как эфир, способны стать достойным инструментом для обмена картофеля, газет, железа и эфира. Поскольку только такие деньги покупатели и продавцы не станут предпочитать самому товару. И тогда мы станем расставаться с товарами ради денег лишь потому, что деньги нам нужны в качестве средства обмена, а не потому, что мы ожидаем преимуществ от обладания самими деньгами»
В книге излагается прогноз эволюции денежной системы - от необеспеченных государственных денег, оторванных от товарного обеспечения, приводящих к инфляции и социальному неравенству, - к частным деньгам. Автор пишет об идеологии и практике развития частных электронных денежных систем, о борьбе за эмиссионный доход, о происходящей на наших глазах `денежной революции` - изменении видов, функций и роли денег. На основе изучения инноваций в области денежного обращения вводятся понятия частной денежной, платежной, финансовой систем. Предлагается нетрадиционное объяснение известным фактам на грани экономики, технологии и юриспруденции.
Системы разделения труда на местном уровне - системы местных обменов (СМО) или системы местных валют (СМВ) действительно начали создаваться уже в новейшее время. Рассмотрим лишь основные модели таких систем. В 70-ых годах в канадском регионе Ванкувер возникло сильное движение по возвращению к земле. Массовые закрытия рудников вызвали рост безработицы. Людям не хватало денег. В 1976 мг. В Ванкувере Дэвид Вестон запустил систему Community Exchange (Общинный обмен), где мера обменов основана на времени, необходимом для выполнения той или иной требуемой участниками сообщества услуги. Затем подобная система была запущена им на острове Ванкувер. Вестон проводил конференции-мастерские, где в наглядной форме показывал людям, что обычные деньги всегда попадают к богатым людям. Вдохновленный этой идеей, Майкл Линтон в 1983 г. Запускает на острове Ванкувер систему обмена грин-долларов, имеющих стоимость, эквивалентную канадскому доллару. Он называет ее LETS (Local Exchange Trading System, торговая система местного обмена), создает программное обеспечение управления обменами и предприятие Landsman Ltd. для продолжения эксперимента.
Идея была проста: рационализировать местный бартер, чтобы найти применение многочисленным умениям жителей региона, откуда дезертировали основные предприятия-работодатели (попросту перевели капиталы в другие места). Обмен происходил уже не между двумя лицами, но по отношению к системе и посредством своей единицы обмена, грин-доллара. Бухгалтер регистрировал суммы обменов и информировал участников об их остатках. Грин–доллары для обменов эмитировались самим покупателем услуги или товара в момент купли-продажи. Бухгалтер (координатор-учетчик) системы дебетовал счет покупателя и кредитовал счет продавца на сумму сделки, устанавливаемую по взаимному согласию. Все сделки начинались с нулевых счетов при старте системы. Каждый участник системы брал на себя обязательство вести в ней торговлю и оплачивать своими товарами и услугами отрицательный остаток на счету (который означает в тот момент, что человек больше купил товаров и услуг, чем их продал другим членам сообщества).
Первый опыт Линтона в Комокс Веллей оказался успешным. Затем последовало появление 20 LETS в Британской Колумбии, других районах Канады и США. LETS Линтона развивалась быстро. Росло число предприятий-участников. Однако спустя два с половиной года система обвалилась. Потерпели неудачy более половины существовавших к тому времени канадских и американских LETS. Не были продуманы многие принципы управления, введенные позднее, например ограничения отрицательных остатков на счетах особенно любящих пожить за чужой счет участников. Так обнаружилось, что у одного из участников первой LETS в Комокс Веллей дебетовый остаток составил 14000 грин-долларов. Подобные прецеденты приводили к высоким издержкам и потере доверия остальных участников. Формально каждый участник мог попросить данные об остатке на счетах другого. Официально надо было обращаться к ответственному за учет, чего никто не хотел делать. Два предприятия, взявшие крупные непокрытые кредиты обанкротились. Из запущенных в Канаде 25 LETS к 1992 г. Действующими оставалась лишь половина.
— Вы предлагаете реанимировать золотой стандарт? Может ли стать арбитром региональных валют золото, платина или, может быть, просто некая корзина товаров, ведь в эпоху глобализации многие товары стали стандартными?
— Я не разделяю подобного рода взглядов, считаю их ошибочными, прежде всего из-за того, что система золотого (товарного) стандарта — это система очень жесткой централизации. А мы говорим о современных процессах децентрализации. Поэтому в роли валютного стандарта более предпочтительной представляется уже существующая денежная единица SDR (специальные права заимствования) — резервный актив МВФ. Ее нужно сделать работающим эталоном стоимости валют.
A new trend of bartering services or simply offering good deeds without pay to others less fortunate is catching on. Please consider Trading Good Deeds At Estonia's Bank of Happiness.
< snip >
In the US, the Bank of Happiness would likely get raided by the IRS. Participants would be subject to an official crackdown asking for back taxes and huge penalties. To understand why, please see Internal Revenue Service guidelines on Topic 420 - Bartering Income.
Of course, for the moment all this muttering about gold is simply wild speculation. Even if Western leaders suddenly were to decide they wished to turn back the clock, the logistics of embracing a new gold standard would be mind-boggling. UBS, for example, calculates that the US reserves of gold are so small, relative to its monetary base, that a price above $6,000 an ounce would be needed to reintroduce a gold standard. To implement that standard in Japan, China and the US, the price would be more than $9,000. Moreover, right now few western governments have any motive to even entertain the debate, given that inflation may soon seem the least bad way to tackle the current overhang of debt.
Многие думают о золотом/временном (т.е. товарном) стандарте. При переходе на обеспечение золотом в отношении 1 к 1 к номиналу - цена золота вырастет в разы. Т.е. сразу же при переходе на такие деньги получаем дефляцию (при обеспечении временем, правда, проще). Потому имеют смысл всякие системы с частичным обеспечением номинала реальным товаром (в любом случае частичное обеспечение гарантирует какой-то барьер для арбитража с этим же товаром вне системы).
При этом кредитные инструменты в товарных деньгах запустить не получается из-за внешних ограничений в динамике объема товарных денег. Да и кроме того - кредитные деньги, как менее обеспеченные, сразу вытеснят товарные из оборота (и тогда нет смысла их вводить вообще). Потому кредитные деньги нужно отделить от товарных и оставить бумажными (вероятно, с плавающим курсом относительно товарных денег). Тогда ограничений по централизации управления денежной массой можно избежать.
Самое главное - нужно проводить периодическую "порчу монеты" товарных денег, стимулирующую их оборот: уменьшать со временем обеспечение номинала (для конкретной даты выпуска товарной банкноты). Схема схожа с денежной системой Гезелля. Налоги и социальные выплаты необходимо производить в товарных деньгах. Тогда такая порча монеты будет играть положительную роль - борьба классов замещается сотрудничеством - богатые (производители) пытаются выторговать у бедных новые непорченные деньги.
Я об этом спонтанно подумал в
золотой ветке на форумах finance.ua:
Да, я думал о каком-то синтезе - ламинировать пленку металла, на которой пробита дата чеканки, номер и номинал (возможно, с цифровой подписью номера банкноты приватным ключом ЦБ с известным всем сертификатом).
При этом ЦБ обязуется по предьявлении такой "банкноты" ее откупить слитком (либо свежими "деньгами") с определенным отношением живого веса к номиналу.
Отношение веса к номиналу по закону сложного процента убывает со временем - это обеспечит хорошую оборачиваемость денег - но при этом не уйдет в ноль, ибо в ламинате драгметалл.
Такая убывающая стоимость (наверное) сделает частичное резервирование, банковский процент и пр. непродуктивные способы обогащения невозможными - банк разве что сможет депозит вернуть в том же количестве "свежих" денег. Тем не менее, кредитование производства не встанет, потому что производственный цикл как раз и принесет живые "свежие" деньги, в которых заинтересован вкладчик. Частичное резервирование тут долго не продержится - блефовать 40 лет (когда там они окно золотое закрыли, да?), печатая бумагу, не получится даже у центробанка (в таком денежном стандарте).
Конечно же, как Майк Шедлок показывает, даже если такие системы выгодны общине в краткосрочной перспективе, и выгодны государству в долгосрочной перспективе (что вообще говоря вопрос спорный), то для корпораций и банков никакой выгоды в этом нет (что вроде бы вполне очевидно). Потому такие идеи протолкнуть не получится - государство (почему-то) уже давно действует в интересах корпораций.
